Есть театр развлечений, а есть... «Дах». О нём, ёлке на потолке и домовых только для И-РЕПОРТЕРА рассказал главный вдохновитель театра, егорежиссер-постановщик и сценограф Владислав Троицкий

У Вас сложные спектакли, которые далеко не все понимают. О чем они?

О жизни. О нашем настоящем. Из шекспировского цикла я сделал трилогию. Это прологи к «Макбету», «Ричарду ІІІ» и «Королю Лир». Первый спектакль готовился в 2004 году перед выборами. Второй – уже во время революции. Его премьера была на Михайловской площади. Ну и когда уже появились первые разочарования – родился третий спектакль. Все равно это связано с мистическим переживанием этой земли.

Вы думаете, что благодаря Шекспиру и Вашим представлениям, зритель о себе что-то узнает?

Нет, я не претендую ни на какую истину. Я просто задаю вопросы, которые меня волнуют. В действительности зритель также выполняет на моих представлениях огромную работу. Он думает. Есть же театр развлечений, а мой театр требует мысли. Потому он не может быть принят всеми.

Часто ли Вы встречаете благодарного зрителя, который понимает Вас?

Ну, достаточно часто. Мы на зрителя не жалуемся. К тому же, мы очень много ездим. Вот через месяц поедем в Лондон. Будем там выступать на одной из главных площадок Британии. Всего два театра из России на ней выступали.

Мистика глубоко укоренилась в Ваших спектаклях. Почему? С чем это связано?

Мы очень прагматичны. Мы очень атеистичны. Мало того, что люди сегодня необразованы, они еще и слепо-глухо-немые. Мистика и мистерия – это немного разные вещи. И мистерии были древнееврейские, древнегреческие. Конечно, я не претендую на то, что я возобновляю их, но какие-то силы таки в спектакль втягиваются.

Впрочем, благодаря мистике можно понять суть, ведь мистическое, потустороннее – это чаще всего нечто страшное. А страх обнажает.

Ну, мистическое – не всегда страшное. Если в мистике что-то непонятно, то это, конечно же, страшно. Но еще в 19 веке домовые, русалки, лесовики – это была обычная реальность. Сегодня мы потеряли эту сказочность. Мир слишком прагматичен. Театр позволяет вернуть ему какой-то еще дополнительный цвет, загадочность, фантастичность.

Вот Гофман, Гоголь писали сказки, но они не простые, а глубокие, мистические.

Присутствует ли мистика в жизни театра?

Конечно, мистика присутствует везде. Другое дело, насколько ты ее видишь.

Домовые ходят?

Обычно ходят, стучат, но не беспокоят, потому что они же наши.

Расскажите об актерах. Как Вы их отбираете?

В театре есть несколько трупп. Есть те, которые начинали с «Дахом» еще 12 лет назад. Это – старички, но почти все они работают. То есть зарабатывают деньги не театром, а какой-то другой профессией. Но театр для них – это место, где они находят свое «Я», но это - не хобби. А молодая часть труппы – это студенты театрального института, которые в этом году его заканчивают. Это девять человек с курса и несколько свободных слушателей.

В марте я буду делать набор в актерско-режиссерскую школу. К сожалению, с государственными институциями мне не просто существовать. Я бы с радостью набирал курс в театральном институте, но не думаю, что мне это кто-то предложит. Я там чужой. Я был воспитан в свободных прериях, ни от кого не зависимый.

Ваши спектакли проходят в маленькой комнате, где помещается только четыре ряда скамеек. Вам не тесно в таком маленьком помещении?

Честно – тесно. Но у меня нет выбора. Я делаю спектакли, которые можно играть на больших сценах.

Говорят, что Ваш театр существует без помощи государства и других меценатов.

Да.

А на что тогда он существует?

За мои деньги.

А где Вы их берете?

Зарабатываю.

Чем и где?

У меня есть несколько бизнесов, которые успешно работают и приносят мне деньги, и в которых я являюсь совладельцем.

В каких сферах зарабатываете?

Сельское хозяйство, радиоэлектроника и торговля.

А кто Вы по образованию?

У меня два образования. Первая – КПИ, а затем аспирантура, и это было все очень успешно. Меня даже приглашали за границу работать. А второе образование – ГИТИС (Москва). Кроме того, я учился здесь, в «Дахе». С самого начала «Дах» создавалсяь как театральная школа. Я пригласил сюда одних из лучших учителей. Тогда я и сам учился у них, и мои актеры учились.

Вы говорили, что театр существует на Ваши средства. Раньше вход был бесплатный, а теперь нет. Почему? Ваш бизнес плохо развивается?

Но студенты мои оканчивают университет, и должны хоть что-то получать.

А до этого они ничего не получали?

Да. Старшие актеры тоже ничего не получают. 12 лет мы работали на энтузиазме.

Теперь все те средства, которые зритель платит за билет, идут исключительно на зарплату актерам?

Да. Этот театр – не только не прибыльный, он убыточный. Мне он стоит приблизительно 30 тысяч долларов на год.

Почему в Вашем фойе так много старинных предметов, которые просто лежат просто в пыли?

Их много, и они лежат друг на друге, потому что нет помещения. А вообще это все – декорации. 

«Дах» не чувствует себя одиноким на театральной арене Украины?

Что-то такое мы чувствуем. Близкий по духу нам львовский театр Курбаса, то, что делает Жолдак. Честно стоит Черниговский молодой театр.

Видел ли «Дах» под своей крышей чиновников?

Нет. Я не являюсь серьезным игроком для них. Лучший способ бороться – это не замечать.

Вы, как участник Майдана, можете сказать, как изменился зритель после оранжевой революции?

Изменился, особенно за последние полгода. Вера исчезла. До революции была какая-то диссидентская вера, национально-патриотическая. Потом было разочарование и апатия. Апатия разъедает человека. Тем более, что идеология государства построена на превращении людей в жлобов. Все говорят, что политика – дело грязное, значит все политики – принципиально циничные, значит, электорат тоже должен быть быдлом. А люди от этого всего устали и думать не хотят. Им лучше прийти и развлечься. Хочется позитива.

А как Вы чувствуете, что изменился зритель? Он по-другому выглядит, не так ходит? Как?

Ну, это видно по самым дорогим для меня спектаклям – «Семь дней с «Идиотом». Эти спектакли, рассказывающие о смысле жизни. На них стало ходить меньше зрителей. И это показатель, притом, что именно на эти представления вход и остался бесплатным. И это буквально за полгода.