4 августа 1914 г. под Городком (Хмельницкая обл.) состоялся первый крупный бой Первой мировой войны на территории Украины. Битва прошла в стиле популярной киноэпопеи о «неуловимых мстителях». Правда солдаты там гибли по-настоящему…

Три года назад в Городке - небольшом районном центре Хмельницкой области, при прокладке газопровода, рабочие неожиданно наткнулись на громадное количество человеческих костей, остатков шинелей, сапог и солдатских ремней. Старожилы вспомнили, что раньше здесь были несколько больших братских могил, в которых были похоронены солдаты австро-венгерской армии, погибшие в августе 1914 года. Еще до начала сороковых на захоронении стоял огромный деревянный крест. Но сначала обрушился подгнивший крест, а потом, в начале семидесятых, руководитель местного совхоза, дабы не «гуляла земля» приказал распахать место погребения и о могилах забыли… Впрочем, как и о самом сражении, хотя бой под Городком был первым крупным сражением Первой мировой войны на территории Украины, и первой крупной победой над австрийцами…

Узнав о находке руководство Городка приняло решение о перезахоронении погибших и о сооружении воинского мемориала. Правда работы начались только спустя два года – понадобилось время на подготовку и изыскание средств. Первые же результаты раскопок полностью изменили представления о событиях далекого августа 1914 года.

1 августа 1914 года Германия и Австро-Венгрия объявила войну Российской империи. На следующий день, возле города Гусятина, расположенного менее чем в трех десятках километров от Городка, австро-венгерские войска перешли пограничный Збруч. Не встретив особого сопротивления 4 августа австрийская кавалерия подошла к Городку…

Далее предоставим слово генералу Алексею Брусилову.

В своей книге «Мои воспоминания» он пишет: «Австрийская конница, на подходах к Городку, развернула сомкнутый строй и без разведки, очертя голову понеслась в атаку на нашу пехоту в столь неподходящем строю... Артиллерийский, а затем ружейный огонь встретил эту безумно храбрую, но бессмысленную атаку... Кавказские казаки ударили по ним с фланга и тыла. При этих условиях результат австрийской атаки оказался для них весьма плачевным: трупы перебитых людей и лошадей остались лежать на поле битвы, одиночные люди и лошади бегали по полю битвы... остатки дивизии бросились толпой наутек».

Благодаря раскопкам удалось определить названия некоторые из австро-венгерских частей, принимавших участие в том далеком бою. Это 1-й, 6-й и 7-й полки гонведских гусар – венгерского воинского формирования. Об этом свидетельствуют штампы на ремнях, остатки формы а также личные вещи солдат.

Здесь, следует сделать небольшое отступление. К началу Первой мировой Австро-Венгерская империя была одной из немногих европейских стран, которая почти не имела опыта ведения современной войны. Гонведские гусары образца 1914 года оказались рудементом славного, но, увы, прошедшего XIX века. Красивая форма – огненно красные штаны, ярко синий с золотой окантовкой верх, блестящие ботфорты – все это годилось для парадов, для балов в Вене или Будапеште да для покорения сердец провинциальных барышень (см.рисунок №2). Но увы, на поле боя в «пулеметную» эпоху сей костюм превращал своего обладателя в отличную мишень. Что подтвердили и раскопки - среди ребер обтянутых полуистлевшими яркими мундирами у большинства из погибших весело зеленели медными окислами пулеметные пули…

В большей степени стало понятно и то безрассудство, с каким гусары бросились на российские пулеметы. «В основном все погибшие, - говорит руководитель поисковиков Ярослав Михайловский, - это совсем молодые парни – 18-20 лет». Молодые красивые парни, в красивой форме ехали на Восток за орденами, подвигами и славой. Война ими еще воспринималась, как приключение. Как оперетка с красивыми и храбрыми гусарами и глупыми трусливыми врагами. Достаточно храбрости натиска и… Увы, скорее всего, в те первые дни общемировой бойни их отцы-командиры имели о войне похожее представление.

Что касается российской армии, то после сокрушительного поражения в войне с Японией, романтизации войны там было намного меньше. Впрочем, и там не обошлось без своеобразного «карнавала» в стиле популярной киноэпопеи о «неуловимых мстителях» .

Следует отметить, что генерал Брусилов не был свидетелем сражения, а описывал его согласно получаемым донесениям. Боем непосредственно руководил начальник 2-й сводной кавалерийской дивизии в составе Волжского и Урбского казачьих полков генерал-майор Павлов, кстати, за победу под Городком, произведенный в генерал-лейтенанты. Согласно мемуарам Брусилова в сражении принимали участие казаки и пехота. Но есть достаточно свидетельств, позволяющих утверждать, что под Городком пехоты не было вообще. А упомянутые Брусиловым окопы рыли вовсе не пехотинцы, а сами же казаки. Это была ложная цель, а чтобы еще больше ввести неприятеля в заблуждение, на брустверах они расставили свои папахи. На самом же деле в окопах было только несколько пулеметчиков. Основные же силы — Волжский и Урбский казачьи полки, а также 16 и 17 полки донских казаков укрылись в лесу, который подходил к самой дороге. Увидев перед собой такого слабого неприятеля, гусары легкомысленно бросилась на торчащие посреди поля папахи, подставив тем самым свой тыл под удар казачьей лавы.

Байка о папахах имеет еще одно, независимое подтверждение. В архивах Городоцкого краеведческого музея сохранились воспоминания одного из жителей расположенного неподалеку села Бережаны о том, как в августе 1914 года через него проходила большая казачья часть в башлыках вместо папах. Казаки говорили, что оставили свои папахи на расстрел австрийцам...

Сражение под Городком окончилось для австрийской армии весьма трагично. Дивизия была полностью разгромлена. Погибших австрийцев похоронили при въезде в город в двух огромных могилах. На том самом месте, где когда-то состоялся этот бой. Старожилы рассказывают, что трупы потом собирали почти три дня. А для погребения убитых были мобилизованы не только жители Городка, но и ближайших сел. Впрочем, как оказалось «три дня» и «тысячи погибших» - это уже из мира легенд (достаточно вспомнить что любая легендарная битва шла «три дня и три ночи», а счет шел на тысячи).

Поисковикам же удалось найти всего останки только тридцати человек. Правда по воспоминанием старожилов захоронение состояло из нескольких, расположенных одна возле другой больших могил. Увы, не смотря на многочисленные шурфы, их обнаружить так и не удалось и поиски прекратили.

Но здесь не обошлось без своеобразной мистики. Мемориальный комплекс состоит из семи каменных крестов – в центре большой главный, по бокам по три креста поменьше. Место под него выбирали в некоторой степени произвольно – строили его посреди поля и, собственно, 10-20 метров влево или вправо не имело значения. Когда начали копать фундамент под центральный крест вдруг оказалось, что заложили его аккурат над не найденной ранее братской могилой. Учитывая это обстоятельство прах погибших решили больше не тревожить - зачем переносить останки, если к останкам перенесен мемориал?

Погибших солдат российской армии похоронили на местном кладбище. Увы, оно сохранилось только наполовину, и где точно находится эта могила сегодня никто не знает…

Результаты раскопок внесли еще один маленький, но довольно любопытный штрих в общую картину событий тех лет. В первые дни войны не только лихие гусары, но и местные жители, помогавшие в захоронении погибших гусар, еще думали категориями и пользовались моралью мирного времени. Почти все погребенные австрийцы похоронены в одежде. Даже на добротные, до колен хромовые сапоги никто не позарился. Что полностью опровергает записанные еще в семидесятые годы воспоминания очевидцев – где старожилы в один голос утверждают, что погибших хоронили в одном исподнем. Скорее всего на воспоминания об августовском сражении 1914 года наложилась память о многочисленных боях Гражданской войны, а может и о событиях Отечественной, когда через Городок дважды прокатилась линия фронта. Тем более, что в 1919 – 1920 гг в окрестностях города активно действовали части галицких сечевых стрельцов, которые многими воспринимались как австрийцы.

Среди находок, довольно много личных вещей – фляги, гребешки, сигаретные мундштуки, спрятанные за голенищами сапог ложки, пряжки ремней, карманные зеркальца. Найдено несколько солдатских медальонов, поэтому есть надежда узнать имена погибших. Надежда, правда, очень слабая – имена писались на бумажных вкладышах, большинство из них сохранились в весьма плачевном состоянии и расшифровать их содержимое смогут разве что криминалисты. Пока же удалось установить имя только одного погибшего – это гусар 5-го эскадрона 7-го гонведского полка Георгий Халаш 1892 года рождения. Родом он с деревни Банкиори что возле венгерского города Папа.

Торжественное перезахоронение останков и открытие мемориала произошло в октябре прошлого года.. Если на проведение раскопок средства изыскал городской бюджет, то на мемориал выделил деньги австрийский «Черный крест», организация, занимающаяся воинскими захоронениями. В годовщину битвы никаких мероприятий на мемориале не проводилось. Только местные жители из соседних домов принесли несколько букетов…